НАВЕРХ

ПРЕДПОСЫЛКИ ВЕЛИКОЙ РЕВОЛЮЦИИ В РОССИИ 1917 г. И ЕЁ ФАЛЬСИФИКАТОРЫ

lenin-revolyuciyaК 100-летию Великой
Октябрьской социалистической революцииkononov1

7 ноября 2017 г. все, кто предан идеалам Великой революции, будут отмечать 100-летнюю годовщину величайшего события ХХ века, которое, несомненно, стало поворотным пунктом в истории человечества и положило начало глубочайшим преобразованиям всего мира. «Русская революция, — отмечал английский историк Э.Х. Карр, — была первым открытым вызовом капиталистической системе, которая в Европе к концу XIX столетия достигла своего апогея».
Ещё в 80-е годы теперь уже прошлого столетия трудно было предположить, что взгляды на Великую Октябрьскую социалистическую революцию, как поворотного события в отечественной и мировой истории, ставшие аксиомой, окажутся в центре идеологической борьбы. Но в связи с перестройкой в СССР, приведшей к его ликвидации, началось т.н. переосмысление отечественной истории и Октябрьской революции 1917 г. в том числе.
Порождённый гласностью взрыв массового интереса к важнейшим проблемам отечественной, прежде всего советской, истории, привёл к разному толкованию и событий Октября. Появилось немало публицистов, не обладавших глубокими историческими знаниями, которые по-своему начали трактовать сложнейшие события, связанные с предпосылками победы Великой Октябрьской социалистической революции. В этот процесс включились и некоторые историки, пожелавшие на этом заработать определённый капитал. Появились оценки революции, как «национальная трагедия» или «национальная катастрофа», как большевистский переворот, учинённый горсткой фанатиков-революционеров, сыгравших на недовольстве озлоблённой черни. Мало того, эти «теоретики» стали доказывать, что революция была проведена большевиками на немецкие деньги, а В.И. Ленин, вождь и организатор Октября, ни кто иной, как германский шпион и т.п.

Казалось бы, в этих оценках Октября, ничего нового для историков не было. Все эти оценки Октябрьской революции и причины её предпосылок остро дискутировались уже в ходе подготовки и свершения революции. Они были даны буржуазными идеологами в лице партии кадетов, меньшевистско-эсеровских лидеров, а также представителями белой эмиграции. Мало того, они были подняты Лениным, который разоблачил их «научную» несостоятельность. (См. Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т.Т. 34, 35 и др.).
Но в силу того, что в советское время эти проблемы не находили достаточного освещения в нашей исторической литературе, для многих несведущих они оказались откровением и вызвали небывалый интерес со стороны общества к отечественной истории и потребовали от историков дать ответы на эти сложнейшие вопросы.
Однако, несмотря на то, что ведущие советские, российские и иностранные историки, такие как П.В. Волобуев, Ю.А. Поляков, Г. Иоффе, В. Булдаков, А. Бутенко, Э. Карр и др. дали основательные ответы на сложнейшие вопросы, связанные с предпосылками победы Октябрьской революции, в российской публицистике, на телевидении, да и в исторической литературе продолжается фальсификация уроков Октября. Мало того, она будет усиливаться с приближающимся юбилеем революции. Ничего научного в этом и близко нет. С благословения власть имущих, выступающих «против фальсификации» отечественной истории, находится немало так называемых историков и публицистов, которые за солидные гонорары готовы выполнять определённый политический заказ. Им хотелось бы напомнить слова нашего великого поэта А. Пушкина: «Уважение к минувшему – вот черта, отличающая образованность от дикости». От себя заметим другую истину, что народ, отказавшись от прошлого, лишает себя будущего. И те, кто извращает нашу историю, хотят того они или нет, на деле лишают нас, россиян, и прежде всего русских, будущего.
Говорить с ними о чести, совести, научности исследования всё равно, что говорить c проституткой о добродетели.
Ведь никто из мыслящих людей не отрицает того факта, что Октябрьская революция – не только важнейшее событие ХХ века и праздник угнетенных и эксплуатируемых, не только торжество их вековых устремлений к свободе, демократии и социальной справедливости, но и великая историческая драма народа. Ведь любая глубокая социальная революция, а Октябрьская революция является таковой, означает не только победу угнетенных и эксплуатируемых, но и трагедию господствующих классов и им сочувствующим. Любая революция неизбежно вызывает гражданскую войну, в которую включаются миллионы людей. А война есть трагедия народа, ибо ведет к колоссальным жертвам и разрушению производительных сил общества, особенно когда в эту войну включаются иностранные государства. Так было в годы Великой французской революции конца XVIII века, так произошло и в России. Но никто в мире уже не осуждает Великую французскую революцию, у которой было немало ниспровергателей. Придет время и народы не только России, но и всего мира будут торжественно отмечать годовщину Великой Октябрьской социалистической революции, сделавшей попытку проложить человечеству путь к реальной Свободе, Равенству и Братству, к созданию общества, где владыкой мира будет его Величество Труд.
Теперь, что касается фальсификации самого Октября. Мы не будем говорить об «открытии» нашей псевдодемократической публицистики, которая дошла до того, что стала представлять Октябрьскую революцию в виде жидо-масонского заговора авантюристов-большевиков.
Скажем несколько слов о якобы новом открытии «борцов за демократию» особо секретных фактов о том, что Ленин является германским шпионом, поскольку совершил революцию на германские деньги. Все, кто мало-мальски знаком с трудами самого Ленина, историей КПСС, должны знать, что эта фальшивка появилась на свет ещё в ходе июльских событий 1917 г. Она потом не раз муссировалась в белоэмигрантской литературе, а также в трудах отдельных западноевропейских историков. Именно тогда буржуазные агенты вбросили в печать эту фальшивку, чтобы подорвать растущее влияние большевиков. В.И. Ленин немедленно отреагировал на это в своей статье, опубликованной в газете «Новая жизнь». Вождь пролетариата оценил эту фальшивку, как «юридическое убийство из-за угла». «Разумеется, — пишет далее Ленин, — Милюков (лидер буржуазной партии кадетов – автор) столько же верит в наше шпионство или в получении нами немецких денег, сколько Марков и Замысловский верили в то, что евреи пьют детскую кровь.
Но Милюков и Ко знают, что делают». (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 34. С. 7).
Нам могут ответить, а что мог сказать Ленин в своё оправдание? Этих «правдоискателей» не смущает тот факт, что авторитетные зарубежные ученые, например известный американский дипломат и историк Джордж Кеннан, давно и убедительно доказали подложность подкрепляющих эту версию документов. После этого ни один уважающий себя историк к этим фактам уже не обращался. Но, вероятно, лавры Геббельса по части рекордов лжи не дают покоя нынешним ниспровергателям вождей Октября. И можно с уверенностью сказать, что в связи с приближением 100-летнего юбилея Октября эта фальшивка ещё не раз будет использована для дискредитации вождя Великой Октябрьской социалистической революции, основателя Советского государства.
И, как господин Милюков и Ко, так и нынешние фальсификаторы Октября, знают, что делают.
Нас пытаются убедить в том, что в октябре 1917 г. произошла не Великая революция, а государственный переворот. Тут можно сказать, что фальсификаторы ломятся в открытую дверь. Ведь любая революция есть переворот, ибо отстраняет от власти одну группу лиц и заменяет её на другую. В ряде выступлений у В.И. Ленина также встречается определение революции, как переворот. (См. Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35. С. 2, 56 и др.). Т.е. каждая революция есть переворот, но не каждый переворот является революцией. Революция, в отличие от переворота, не только отстраняет от власти ту или иную группу лиц и заменяет её на другую, но и ведёт к глубочайшим социальным и экономическим преобразованиям. Она приводит к власти представителей другого класса и меняет форму собственности, и тем самым создаёт предпосылки для созидания новой общественно-экономической формации. Исходя из этого, мы и утверждаем, что переворот, совершенный рабочими, солдатами и крестьянскими массами России в октябре 1917 г. под руководством большевиков, является революцией. Он отстранил от власти помещиков и капиталистов и привел к власти в форме Советов представителей трудящихся, поставивших перед собой цель строительства социализма.
Фальсификаторы истории отрицают объективные и субъективные предпосылки победы Октябрьской революции в России. И тут нет ничего нового. Меньшевистские лидеры – Г.В. Плеханов, Ю. Мартов и Ко — задолго до революции и накануне её отрицали такие предпосылки, считали Россию отсталой страной и тем самым отрицали возможность в нашей стране победы социалистической революции.
Ленин, как никто до него, прекрасно понимал относительную отсталость России от передовых стран Запада и США, учитывал, что страна к началу ХХ века не достигла такой высоты развития производительных сил, при которых возможен социализм. Но, будучи марксистом, Ленин видел, что в России благодаря современным отраслям промышленности, транспорту, монополиям и банкам есть минимум материально-производственных предпосылок для постепенного перехода к социализму. « Не будь этого, — писал Ленин в сентябре 1917 г. в работе «Грозящая катастрофа и как с ней бороться», — никакие шаги к социализму…были бы технически невыполнимы». (Полн. собр. соч. Т. 34. С. 168, 191).
Учитывая относительную отсталость России, Ленин никогда не ставил вопрос о немедленном «введении» социализма в России. Речь шла о постепенном переходе к нему через ряд глубоких революционно-демократических преобразований. Так, в тезисах «О задачах пролетариата в данной революции» (Апрельские тезисы 1917. г.) Ленин писал: «Не «введение» социализма, как наша непосредственная задача, а переход тот час лишь к контролю со стороны С.Р.Д. за общественным производством и распределением продуктов». (Полн. собр. соч. Т. 31. С. 116). Об этом Ленин вновь и вновь напоминает в работе «Грозящая катастрофа и как с ней бороться».
Меньшевики и ставшие на их сторону эсеры всячески преувеличивали отсталость страны, не видели и не хотели видеть, что после победы Февральской буржуазно-демократической революции 1917 г., в силу нерешённости поставленных перед нею задач, в России постоянно нарастали громадный революционный потенциал и неодолимое стремление пришедших после Февраля в движение народных масс к радикальным переменам, к обновлению своей жизни, к социальной справедливости.
Первая мировая империалистическая война 1914-1918 гг., которую ныне называют «народной» и чуть ли не отечественной, до предела обострила все противоречия капиталистического мира, привела к «одичанию» масс и явилась, по словам Ленина «режиссером», «ускорителем» грядущей революции. Особенно остро эти противоречия сказывались в России в силу её относительной отсталости и неспособности власть имущих решить назревшие проблемы. Война привела Россию не только к глубочайшему кризису (кризис можно было как-то пережить), но и к катастрофе. Россия стала перед фактом распада и утраты своего суверенитета. «Диалектика истории именно такова, — отмечал Ленин, — что война, необычайно ускорив превращение монополистического капитализма в государственно-монополистический капитализм, тем самым необычайно приблизила человечество к социализму.
Империалистическая война есть канун социалистической революции». (Полн. собр. соч. Т. 34. С. 193).
«Война создала такой необъятный кризис, так напрягла материальные и моральные силы народа, нанесла такие удары всей современной общественной организации, что человечество оказалось перед выбором: или погибнуть или вручить свою судьбу самому революционному классу для быстрейшего и радикальнейшего перехода к более высокому способу производства». (См. там же. С. 197-198).
И далее: «Идти вперёд, в России ХХ века, завоевавшей республику и демократизм революционным путём, нельзя, не идя к социализму, не делая шагов к нему (шагов, обусловленных и определяемых уровнем техники и культуры…)». (Там же. С. 192).
Такими шагами к социализму, по мысли Ленина, должны стать:
1) Объединение всех банков в один и государственный контроль над его операциями или национализация банков.
2) Национализация синдикатов, т.е. крупнейших монополистических союзов капиталистов.
3) Отмена коммерческой тайны.
4) Принудительное синдицирование (т.е. принудительное объединение в союзы) промышленников, торговцев и хозяев вообще.
5) Принудительное объединение населения в потребительские общества или поощрение такого объединения и контроль за ним. (Там же. С. 161)
Добавим к этому и передачу земли крестьянам.
Все эти меры не есть социализм, но есть всё необходимое для перехода к социализму.
И то, что в России Февральская революция «не остановилась» на буржуазно демократическом этапе, а пошла к октябрьским берегам, в чём упрекали большевиков кадеты, меньшевики и эсеры и ныне упрекают их современные последователи указанных партий, вина не большевиков и В.И. Ленина, а их противников, которые не пожелали народу дать мира, рабочим установить 8-часовой рабочий день и контроль над производством и распределением продуктов, землю крестьянам, власть Советам. Если бы кадеты, правящие Россией вместе с меньшевиками и эсерами, выполнили бы задачи, которые привели к Февралю, Октябрь, возможно, был бы не нужен. Позднее, в марте 1920 г., Ленин, обращаясь к меньшевикам и эсерам, писал: «Нашёлся ли бы на свете хоть один дурак, который пошёл бы на революцию, если бы вы начали социальную реформу». (Ленин. В.И. Полн. собр. соч. Т. 40. С. 179).
Вместо реализации задач, поставленных Февралём, в последствие признавал один из лидеров меньшевизма И. Церетели: «Всё, что мы тогда делали, было тщетной попыткой остановить какими-то ничтожными щепочками разрушительный стихийный поток».
Не желание и неспособность власть имущих стать на путь глубоких буржуазно-демократических реформ, до предела обострили социальные противоречия. Всё это породило отчаянную решимость, которая могла быть использована двояко. По убеждению многих политических деятелей – от Ленина до кадета Милюкова, — реальная политическая альтернатива сводилась к следующему: либо победа левых сил и переход власти в руки большевизировавшихся Советов, готовых осуществить требования народа, либо победа контрреволюции, которая, воспользовавшись растущим недовольством масс, под лозунгом «твёрдого порядка» попыталась бы установить военную диктатуру, а возможно, и реставрировать монархию. И попытка установить в стране военную диктатуру во главе с генералом Корниловым была предпринята в августе 1917 г. Но она была отбита, отбита народными массами, сплотившимися в этот критический момент в единый революционно-демократический фронт. В этой ситуации И. Ленин, которого фальсификаторы истории постоянно упрекают в крайних формах борьбы, как и апреле 1917 г. (См. Полн. собр. соч. Т. 31 С. 113-118 – Апрельские тезисы), так и после подавления корниловского мятежа (конец августа 1917 г.), предложил меньшевикам и эсерам взять всю полноту власти в руки Советов и тем самым избежать гражданской войны, которую России уже навязала корниловщина. (См. Ленин. Полн. собр. соч. «О компромиссах». Т. 34. С. 135). Однако меньшевики и эсеры отказались от этого предложения и вновь пошли на соглашение с буржуазией. И тем самым они не оставили для русской революции другого выбора, кроме насильственного свержения власти буржуазии. Ленин же считал бесспорным фактом, что «исключительно союз большевиков с эсерами и меньшевиками, исключительно немедленный переход всей власти к Советам сделал бы гражданскую войну в России невозможной». (Полн. собр. соч. Т. 34. С. 222). Но, увы, как было отмечено выше, этого по вине меньшевиков и правых эсеров не произошло.
Если бы этот союз состоялся, по мысли Ленина, борьба за власть внутри Советов происходила бы в мирной форме, при полном демократизме Советов. Это также есть один из ответов Ленина, что ни он сам, ни большевики не стремились во чтобы то ни стало насильственно захватить власть. Они готовы были разделить её вместе с эсерами и меньшевиками. Мало того, они уступали им взять власть в свои руки и уже внутри Советов мирными средствами бороться за власть. И если бы эсеры и меньшевики взяли эту власть и решили бы дать массам мир, а крестьянам землю, провести бы другие демократические преобразования, то все попытки контрреволюции навязать России гражданскую войну были бы обречены. Отсюда ясно, что ни Ленин и ни большевики, в чем их всегда обвиняли и обвиняют нынешние милюковы и Ко, повинны в развязывании гражданской войны, принесшей неисчислимые жертвы нашему народу.
Нежелание эсеров и меньшевиков взять власть в руки Советов и переход их вновь на сторону обанкротившегося Временного правительства создавали грозную опасность, нависшую над революцией и партией большевиков. Неудовлетворённость, разочарование масс легко могло перейти в апатию и усталость – благоприятную почву для анархических бунтов. Это создало бы благоприятные условия для нового натиска контрреволюции на авангард российской революции – пролетариат и беднейшее крестьянство. Нет и не могло быть никакого сомнения, что нараставшая российская революция была бы потоплена в море крови рабочих и крестьян.
И большевики сделали свой выбор, они действовали смело и решительно. Так родился Октябрь. Выбор момента для него оказался максимально благоприятным. Революция оказалась бескровной. В этом велика заслуга Ленина, своими аргументами и своей волей сумевшего преодолеть сопротивление и колебания части членов ЦК.
Свергнув буржуазное Временное правительство, большевики передали всю полноту власти в руки II съезда Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов. И не их вина, что меньшевики и правые эсеры покинули съезд и отказались участвовать в советском правительстве. Большевики на это были согласны. Мало того, меньшевики и эсеры, покинув съезд Советов, поддержали мятеж Керенского-Краснова и стали на путь развязывания гражданской войны в России.
II съезда Советов реализовал чаяния широчайших масс трудящихся. По предложению Ленина Съезд принял Декреты о мире и о земле, создал Советское правительство – Совет Народных Комиссаров во главе с В.И. Лениным. Эти Декреты привлекли на сторону Советской власти миллионные массы трудящихся и тем самым создали предпосылки для разгрома внутренней контрреволюции, несмотря на то, что ей на помощь пришли иностранные государства.
Какая же революция победила в России в октябре 1917 г.? Выступая на заседании Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов 25 октября (7 ноября) 1917 г., Ленин сказал: «Рабочая и крестьянская революция, о необходимости которой всё время говорили большевики, совершилась…
Отныне наступает новая полоса в истории России, и данная третья русская революция должна в своём конечном итоге привести к победе социализма. (Ленин В.И. Полн. собр. соч. Т. 35. С. 2.).
Как видим, со слов организатора и руководителя Октябрьской революции Ленина, в России победила народная революция. Её поддержали почти поголовно весь пролетариат страны и всё крестьянство, включая и его зажиточную часть, которая надеялась увеличить свои земельные наделы за счёт передела помещичьих земель.
Но мы её называем не только народной, но и социалистической. И Ленин не раз так её называл. Почему? Потому что она, реализуя чаяния трудящихся масс России, призвана была провести глубокие демократические реформы и тем самым в перспективе создать предпосылки для построения социализма. В конкретных условиях нельзя было спасти Россию от полного краха, не идя к социализму.
Немало и тогдашних и нынешних критиков большевиков обвиняли и обвиняют их в узурпации власти и в преждевременном выборе перспективы строительства социализма в России. Хотелось бы отметить, что этот выбор был сделан не только большевиками. Он был сделан народом России, в том числе и крестьянскими массами. Достаточно сказать, что и II съезд Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, и II съезд Советов крестьянских депутатов (включая и Чрезвычайный), и III Объединительный съезд Советов легимитировали, т.е. узаконили, Советскую власть и определили рамки её деятельности. Именно эти съезды Советов сделали социалистический выбор дальнейшего развития страны.
Мало того, выборы в Учредительное собрание, проведённые по дореволюционным спискам, также подтвердили социалистический выбор развития России. С одной стороны, они подтвердили полное банкротство российской буржуазии: за её главную партию – кадетов – проголосовало всего 5% избирателей, а за партии, как бы мы сказали сегодня, «социалистической ориентации»: за правых и левых социалистов-революционеров (эсеров) – 58,5% избирателей, за большевиков – 25% и меньшевиков – 2,6% избирателей.
И эти итоги выборов – впечатляющее свидетельство социалистического выбора всего народа!
Даже лидер эсеров В. Чернов, выступая на Учредительном собрании, открывшемся 5 января 1918 г., в своей речи сказал: «Страна высказалась, состав Учредительного собрания – живое свидетельство мощной тяги народов России к социализму. Оно означает конец неопределённого, колеблющегося переходного периода».
Можно обвинять большевиков, меньшевиков и эсеров, которые к этому времени разделились на правых и левых, что тогда меньшевики и эсеры отказались от социалистического выбора народа, по существу, предали его и в условиях развёртывавшейся гражданской войны ускорили переход России к революционным социалистическим преобразованиям.
Конечно, мало кто понимал, что будет представлять собой социализм. Но каждый понимал, что социализм – это общество социальной справедливости, что при нём будет господствовать Труд, будет установлено равенство для всех людей труда. И не вина большевиков, как и Советской власти, что для реализации этой вековой мечты трудящихся, пришлось пройти через Гражданскую войну и огромные человеческие жертвы. Свергнутые в ходе революции эксплуататорские классы не хотели мириться со своим положением и развязали Гражданскую войну. Им на помощь пришли многие капиталистические государства, боявшиеся распространения большевистской «заразы» в своих странах. Они вооружили, обули и одели внутреннюю контрреволюцию. Но не свержение большевистской (Советской) власти было их целью. Опираясь на внутреннюю контрреволюцию, наши заклятые друзья (нынешние партнёры российских власть имущих) пытались решить свою вековую задачу: если не ликвидировать Россию как государство, то, в крайнем случае, разделить её на отдельные, враждующие между собой удельные княжества. И эту цель в конечном итоге они сумели реализовать в 90-е годы ХХ столетия, опираясь вновь на внутреннюю контрреволюцию в лице российских либерал-демократов. И что большевики во главе с В.И. Лениным тогда сумели организовать трудящиеся массы на борьбу с внутренней и внешней контрреволюцией и защитить Российское государство, сохранить её суверенитет, является их величайшей заслугой. Кстати, значительная часть офицерства, как и генералитета бывшей царской армии осознали, что именно большевики выступают за защиту Отечества, являются единственной организованной патриотической силой, и перешли на сторону Советской власти.
Как бы не пытались недруги Октября принизить историческое значение Великой Октябрьской социалистической революции или в духе новейшей моды объявлять её трагедией, они не могут отрицать тех фактов, что имена она вырвала страну из ставшей ненавистной народу изнурительной войны, предотвратила национальную катастрофу, сохранила территориальную целостность и независимость нашей Родины, дала землю крестьянам, передала фабрики и заводы под управление и контроль рабочих, установила власть Советов как власть действительно народную. Именно благодаря Октябрю народы России впервые за всю историю страны ощутили себя действительными хозяевами своей судьбы, почувствовали свою силу, у них появилась уверенность в завтрашнем дне. Опираясь на эти качества советского народа, Советская власть под руководством большевиков превратила лапотную Русь в Великую индустриальную державу, создала условия для расцвета науки и культуры, в ту непобедимую силу, которая 70 лет назад сломала хребет фашистскому зверю и поставила СССР в число самых прогрессивных стран мира. И нет вины Октября в том, что впоследствии эти великие завоевания были утрачены.
Время бежит неумолимо вперёд. Используя временное поражение Советской власти, защитники капитализма пытаются убедить нас в утопичности идей построения социализма, что социализм миф и что капитализм вечен, что марксизм, как наука, — утопия. И если мы это признаем, то согласимся с тем, что никакой иной перспективы, кроме капитализма, у человечества нет. Думается, что это не так. Ведь ещё не вечер и жизнь продолжается. Ещё никто не доказал, что капитализм есть последняя и желанная станция в истории развития человечества.
Историческая наука свидетельствует о том, что пока существует классовое общество, есть эксплуататоры и эксплуатируемые, всегда шла и идёт борьба эксплуатируемых против эксплуататоров, которая в конечном итоге завершалась свержением последних и становлением нового более прогрессивного общества. К Маркс и Ф. Энгельс убедительно доказали, что вся история человеческих обществ есть история борьбы классов. И как умирающий мечтает попасть в рай, так и живущий извечно мечтает о земном рае, под которым он понимает общество социальной справедливости, в котором будут созданы условия для достойной жизни человека труда. И нет сил в мире, которые могли бы похоронить эту мечту, которая в научном плане и называется социализмом или коммунизмом.

Н.Г. Кононов, кандидат ист. наук, заслуженный работник культуры РСФСР.

Ваш отзыв

Ваш e-mail никогда не будет опубликован.

Вы можете использовать следующие теги:<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>